Вопрос о наличии у третейских судов компетенции по рассмотрению дел о признании права собственности на недвижимое имущество длительное время оставался одним из самых дискуссионных в правовой теории, а в юридической практике отсутствовало единообразие подходов к его понимаю.

Иски о признании права собственности являются одним из самых распространенных и востребованных способов защиты прав, используемых при ненадлежащем исполнении обязательств по сделкам с недвижимым имуществом. Компетенция третейских судов рассматривать иски о признании права собственности на недвижимое имущество производна от положений части 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также — ГК РФ), в соответствии с которой защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд, а также части 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 2002 года N 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации», согласно которой в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.

Также правовые основы рассмотрения споров о недвижимости в третейских судах составляют нормы статьи 28 Федерального закона от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее — Закон о государственной регистрации прав на недвижимое имущество), которая регламентирует порядок государственной регистрации прав на недвижимое имущество, установленных решением суда, арбитражного суда или третейского суда, и статьи 64 Земельного кодекса Российской Федерации, согласно которой земельные споры рассматриваются в судебном порядке, при этом до принятия дела к производству судом земельный спор может быть передан сторонами на разрешение в третейский суд.

В существующем законодательстве не установлен прямой запрет на признание третейскими судами права собственности на недвижимое имущество. Более того, как видно из приведенных нормативных положений, законодателем допускается обращение за защитой прав на недвижимое имущество в третейские суды.

Правоприменительная практика по этому вопросу прошла непростой путь формирования и долгое время была неоднозначной. Во многом дискуссия была вызвана тем обстоятельством, что в соответствии с абзацем 6 пункта 1 статьи 17 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество основанием для государственной регистрации прав на недвижимое имущество являются вступившие в законную силу судебные акты, в то время как законная сила решения третейского суда, в соответствии с Федеральным законом «О третейских судах в Российской Федерации», не тождественна аналогичному качеству решений государственных судов.

Позиция Верховного Суда Российской Федерации первоначально была изложена в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за IV квартал 2004 года. Верховным Судом Российской Федерации было указано, что применение абзаца 6 пункта 1 статьи 17 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество, исходя из буквального его толкования, приведет к ограничению выбора формы защиты субъективных прав, а решение третейского суда является основанием для регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним <1>. В дальнейшем позиция Верховного Суда Российской Федерации была пересмотрена. В Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2007 года такой ответ на вопрос был признан утратившим силу. При этом было дано новое разъяснение, согласно которому государственная регистрация прав на недвижимое имущество, установленных, в частности, решением третейского суда, осуществляется на общих основаниях. Если решение третейского суда сторонами не оспаривается, то оно может являться основанием для регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. При этом регистрирующий орган проводит правовую экспертизу всех представленных на регистрацию документов, в том числе решения третейского суда в отличие от решений судов общей юрисдикции (то есть если основанием для регистрации является решение третейского суда, то регистрирующий орган проводит его правовую экспертизу, в том числе с позиции законности и обоснованности, а если основанием регистрации служит решение государственного суда — общей юрисдикции в рассматриваемом случае — то регистрирующий орган не дает ему самостоятельную оценку; после вступления в законную силу судебного акта оно, безусловно, обязательно и для регистрирующего органа), проверку законности сделки, устанавливает отсутствие противоречий между заявляемыми правами и уже зарегистрированными правами на объект недвижимого имущества, а также других оснований для отказа в государственной регистрации прав, осуществляет проверку юридической силы правоустанавливающих документов, представленных на государственную регистрацию прав. Под действие абзаца 6 пункта 1 статьи 17 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество, согласно которому основанием для государственной регистрации являются судебные акты, вступившие в законную силу, решения третейского суда не подпадают, поскольку они не обладают таким свойством решений судов общей юрисдикции, как «законная сила судебного решения» <2>.

———————————

<1> Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за IV квартал 2004 года: Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2005 года.

<2> Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2007 года: Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 7 ноября 2007 года. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в письме от 21 августа 1997 года N С5-7/ОЗ-581 «О Федеральном законе „О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним“ (п. 12), государственная регистрация прав на недвижимое имущество, установленных решением суда, арбитражного суда или третейского суда, осуществляется в соответствии со статьей 28 Федерального закона „О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним“. Права на недвижимое имущество, установленные решением суда, подлежат государственной регистрации на общих основаниях.

В информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2005 года N 96 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов» выражена правовая позиция, согласно которой арбитражный суд отказывает в удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, которое обязывает регистрирующий орган зарегистрировать право собственности на недвижимое имущество за стороной третейского разбирательства, так как вопросы публично-правового характера (регистрация недвижимости) не могут быть предметом рассмотрения в третейском суде (п. 27).

Некоторыми исследователями и правоприменителями такая позиция была ошибочно воспринята как устанавливающая неарбитрабельность споров по недвижимому имуществу <3>. Однако в Постановлении от 12 мая 2009 года N 17373/08 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что в пункте 27 указанного информационного письма «сформулирован подход, согласно которому арбитражный суд отказывает в удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, обязывающее регистрирующий орган зарегистрировать право собственности на недвижимое имущество. Решения третейских судов о признании права собственности на недвижимое имущество, не содержащие положений, обязывающих произвести упомянутую регистрацию, данной правовой позицией не охватываются».

———————————

<3> См., например: Скворцов О. Ю. Рассмотрение третейскими судами споров о правах на недвижимость: правовая политика и юридическая практика // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2007. N 1.

Вместе с тем судебная практика по оспариванию решений третейских судов по спорам о признании права собственности на недвижимое имущество и выдаче исполнительных листов на их принудительное исполнение в рамках системы арбитражных судов не характеризовалась единообразием: в одних случаях суды выдавали исполнительные листы на принудительное исполнение решений третейских судов о признании права собственности на недвижимое имущество, в других — прямо указывали на неарбитрабельность таких споров <4>.

———————————

<4> Анализ многообразия судебной практики по признанию права собственности на недвижимость см.: Скворцов О. Ю. Рассмотрение третейскими судами споров о правах на недвижимость: правовая политика и юридическая практика // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2007. N 1.

26 мая 2011 года Конституционный Суд Российской Федерации принял Постановление N 10-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 Федерального закона „О третейских судах в Российской Федерации“, статьи 28 Федерального закона „О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним“, пункта 1 статьи 33 и статьи 51 Федерального закона „Об ипотеке (залоге недвижимости)“ в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации», в котором указанные законоположения были признаны, как допускающие (по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования) рассмотрение третейскими судами гражданско-правовых споров, касающихся недвижимого имущества, и государственную регистрацию соответствующих прав на основании решений третейских судов, не противоречащими Конституции Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что законодательное закрепление необходимости государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу, чем обеспечивается защита прав других лиц, стабильность гражданского оборота и предсказуемость его развития. Вместе с тем государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним не является фактором, изменяющим саму природу гражданско-правовых отношений по поводу этого имущества, и имеет целью обеспечение их большей прозрачности и достоверности, служит дополнительной гарантией надлежащего оформления совершаемых сделок и позволяет осуществлять контроль за их правомерностью, необходимость которого обусловлена особым правовым положением недвижимого имущества и его значением как объекта гражданских прав. Соответственно, обязательность государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее возможность передачи споров по поводу недвижимого имущества на рассмотрение третейских судов <5>.

———————————

<5> См. пункт 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2011 года N 10-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 Федерального закона „О третейских судах в Российской Федерации“, статьи 28 Федерального закона „О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним“, пункта 1 статьи 33 и статьи 51 Федерального закона „Об ипотеке (залоге недвижимости)“ в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

Конституционный Суд Российской Федерации, таким образом, поставил точку в дискуссиях относительно арбитрабельности споров о недвижимости, подтвердив возможность рассмотрения третейскими судами в том числе исков о признании права собственности на недвижимое имущество.

Представляется, что в сравнении с общим массивом преимущественно рассматриваемых третейскими судами споров по обязательственным правам число исков о признании права собственности на недвижимое имущество (как и вообще исков, связанных с правами на недвижимое имущество, например об обращении взыскания на предмет залога по договорам ипотеки) невелико. Например, в практике Арбитражного третейского суда города Москвы споры о признании права собственности на недвижимое имущество занимают не очень значительную долю от общего числа рассматриваемых дел. Согласно статистическим данным Арбитражного третейского суда города Москвы за 2013 год дела о признании права собственности на недвижимое имущество составили 3,6 процента от общего числа рассмотренных дел <6>. В 2014 году число рассмотренных дел этой категории выросло до 4,9 процента <7>.

———————————

<6> Статистика рассмотрения споров Арбитражным третейским судом города Москвы за 2013 год. URL: http://a-tsm.ru/docs/paktika/static_a-tsm-2013.pdf (дата обращения: 25 мая 2015 года).

<7> Статистика рассмотрения споров Арбитражным третейским судом города Москвы за 2014 год. URL: http://a-tsm.ru/docs/paktika/Statistika_ATSN_za_2014_g..pdf (дата обращения: 25 августа 2015 года).

Основная масса таких дел, рассматриваемых в Арбитражном третейском суде города Москвы, связана с уклонением одной из сторон от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество, например, когда между сторонами заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (земельного участка, дома, квартиры), он фактически исполнен: предмет договора передан покупателю, покупателем исполнена обязанность по оплате недвижимого имущества, однако продавец уклоняется от подачи документов, необходимых для регистрации перехода права собственности, в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии (далее также — Росреестр). Поскольку в таком случае покупатель фактически реализует правомочия владения и пользования в отношении указанного недвижимого имущества, но лишен возможности распоряжаться им (то есть в полной мере реализовать свое право собственности), при наличии в договоре купли-продажи недвижимого имущества третейской оговорки покупатель обращается в третейский суд за защитой своих нарушенных прав; формой защиты выступает иск о признании права собственности на недвижимое имущество <8>.

———————————

<8> См., например, информационное письмо Арбитражного третейского суда города Москвы от 27 ноября 2014 года N 422 «Обзор судебной практики Арбитражного третейского суда города Москвы по рассмотрению иска о признании права собственности на земельный участок в связи с уклонением продавца от постановки на кадастровый учет и подготовки всех необходимых документов для государственной регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи земельного участка». Доступ из справочной правовой системы „КонсультантПлюс“.

Вместе с тем в письме Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 21 мая 2012 года N 14-3648-ГЕ «О некоторых вопросах государственной регистрации прав на основании решений третейских судов» отмечаются и другие виды решений третейских судов в отношении прав на недвижимое имущество, в частности:

— о признании права собственности на самовольную постройку;

— о признании прав на реконструированные объекты при отсутствии полученной в установленном порядке разрешительной документации;

— о признании прав на индивидуальные жилые дома, в том числе входящие в состав коттеджных поселков, а также на помещения в многоквартирных домах, которые построены на земельных участках, не предназначенных для этих целей, включая земельные участки, в отношении которых законодательством установлен запрет на осуществление строительства таких объектов.

В указанном письме Росреестром разработан порядок совершения регистрационных действий в случае, если право собственности на недвижимое имущество признано решением третейского суда. При этом учтена правовая позиция Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, согласно которой наличие судебного акта, являющегося основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее — ЕГРП), не освобождает лицо от представления иных документов, не являющихся правоустанавливающими, которые необходимы для внесения записи в ЕГРП согласно Закону о государственной регистрации прав на недвижимое имущество <9>.

———————————

<9> См. пункт 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2010. N 7.

Так, рассматриваются два случая обращения в Росреестр за государственной регистрацией права собственности на недвижимое имущество на основании решения третейского суда:

1) в случае добровольного исполнения решения третейского суда сторонами спора;

2) в случае если ответчик по третейскому разбирательству уклоняется от исполнения решения третейского суда в добровольном порядке.

В первом случае в регистрирующий орган заявления о государственной регистрации прав должны представить обе стороны третейского разбирательства.

Во втором случае основанием для государственной регистрации наряду с представленными другой стороной документами, в том числе заявлением о государственной регистрации и решением третейского суда, является вступившее в законную силу определение государственного суда о принудительном исполнении решения третейского суда.

Р.С. Бевзенко на основе анализа Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 апреля 2007 года N 15324/06 справедливо отмечает вывод суда о том, что «третейский суд может рассмотреть спор между двумя частными лицами о принадлежности прав на недвижимое имущество. Однако при этом следует учитывать, что в орган по регистрации перехода прав на недвижимость должны обратиться оба участника спора, причем орган будет в общем порядке устанавливать, имеются ли достаточные основания для государственной регистрации права лица, выигравшего процесс в третейском суде. Если же в орган по регистрации прав обратится лишь одно лицо, то для совершения регистрационных действий требуется исполнительный лист арбитражного суда. В этом случае записи в ЕГРП будут вноситься по правилам о регистрации прав на основании судебных актов государственных судов» <10>.

———————————

<10> Правовые позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации: избранные постановления за 2007 год с комментариями / под ред. А.А. Иванова. М.: Статут, 2012.

Судебной практикой подтверждается, что отсутствие выданного государственным судом исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда о признании права собственности на недвижимость является основанием для отказа в государственной регистрации <11>. В частности, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 сентября 2011 года N 3004/11 по делу N А63-5034/2010 указано, что арбитражные суды вправе выносить определения о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов о признании права собственности на недвижимое имущество, поскольку при отсутствии исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда государственная регистрация права собственности не производится.

———————————

<11> Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 декабря 2013 года N 09АП-39574/2013 по делу N А40-27154/13.

Очевидно, что случаи добровольного исполнения решения третейского суда довольно редки, хотя и встречаются в практике.

Так, гражданин Т. обратился в Арбитражный третейский суд города Москвы с исковым заявлением к банку о признании недействительным договора безвозмездной передачи недвижимого имущества (земельных участков), применении последствий недействительности указанного договора, признании права собственности на земельные участки. Гражданин Т., будучи акционером банка, в целях увеличения чистых активов последнего на основании договора безвозмездной передачи недвижимого имущества передал в собственность банка земельные участки. Однако в дальнейшем выяснилось, что независимым оценщиком стоимость указанных земельных участков была завышена почти вдвое. Таким образом, несмотря на проявленную гражданином Т. должную осмотрительность, им было передано банку имущество стоимостью в два раза меньше той суммы, на которую он как акционер банка планировал увеличить чистые активы банка. Очевидно, что, располагая указанной информацией о стоимости земельных участков, гражданин Т. не стал бы заключать такую сделку. Решением Арбитражного третейского суда города Москвы заявленные требования удовлетворены в полном объеме <12>. Это решение третейского суда было исполнено сторонами добровольно, Росреестром выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности с указанием на соответствующее решение Арбитражного третейского суда города Москвы как основание для совершения регистрационных действий <13>.

———————————

<12> Информационное письмо Арбитражного третейского суда города Москвы от 30 апреля 2015 года N 465 «Обзор судебной практики Арбитражного третейского суда города Москвы по рассмотрению иска о признании недействительным и применении последствий недействительности договора безвозмездной передачи недвижимого имущества, признании права собственности на земельные участки». Доступ из справочной правовой системы „КонсультантПлюс“.

<13> См.: Копия свидетельства о регистрации права собственности (реквизиты и личные данные скрыты). URL: http://a-tsm.ru/docs/paktika/ats_4893.pdf (дата обращения: 25 августа 2015 года).

Обращение в третейский суд, несомненно, может служить эффективным способом защиты права собственности, однако не исключена и возможность возникновения злоупотреблений.

В этом отношении большое значение для формирования правоприменительной практики имеет правовая позиция Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенная в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 мая 2009 года N 17373/08, которая сохраняет свою силу в настоящее время и активно применяется судами. Согласно этой правовой позиции общество, предъявляя иск о признании права собственности на возведенный им объект недвижимости, в качестве ответчика указало лицо, которое не имело законного материального интереса в отношении прав на этот объект. В этом случае цель передачи на рассмотрение третейского суда спора о праве собственности на объект — уклониться от соблюдения установленного законодательством порядка регистрации прав на недвижимое имущество. Обход законодательства о регистрации прав на недвижимое имущество, которое устанавливает гарантии прочности и стабильности гражданского оборота, обеспечивает неприкосновенность собственности (п. 1 ст. 1 ГК РФ), может рассматриваться как нарушение принципов российского права. Создание видимости частноправового спора, в том числе с отнесением его на рассмотрение третейским судом для получения формальных оснований регистрации права на недвижимое имущество, влечет подмену законных функций государственных органов по регистрации прав на недвижимое имущество и противоречит публичному порядку.

Изложенная правовая позиция была широко воспринята судебной практикой и распространена на иные фактические обстоятельства:

1) решение третейского суда, препятствующее установлению права собственности на имущество, находящееся во владении лица, не привлеченного к третейскому разбирательству, следует рассматривать как обход законодательства о возникновении и регистрации прав на недвижимое имущество. Создание видимости частноправового спора между хозяйствующими субъектами, в том числе с отнесением его на рассмотрение третейским судом, для получения формальных оснований регистрации права на недвижимое имущество, находящееся во владении муниципального органа, противоречит публичному порядку Российской Федерации <14>;

2) если право собственности на здание не зарегистрировано, материального интереса в его признании за собой партнерство, привлеченное в качестве ответчика в третейском суде, не имеет, то передача спора на рассмотрение третейского суда преследовала цель уклониться от соблюдения установленного порядка регистрации прав на недвижимое имущество, что нарушает принципы российского права. Кроме того, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что вывод Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении от 26 мая 2011 года N 10-П о допустимости рассмотрения третейскими судами споров, касающихся недвижимого имущества, не может быть истолкован как возможность признания третейскими судами за заинтересованными лицами отсутствующих (не возникших) у них прав на здания, строения и сооружения в обход установленных законодательством регистрационных процедур <15>;

3) признание решением третейского суда права собственности на объект незавершенного строительства без привлечения к участию в деле муниципального образования — собственника земельного участка, на котором расположен объект незавершенного строительства (спорное имущество), по сути, направлено на обход установленной процедуры проверки соблюдения арендатором норм специального законодательства при возведении объекта недвижимости, ввода его в эксплуатацию, а также в обход установленных регистрационных процедур <16>;

4) если решением третейского суда установлен переход права собственности на земельный участок, который находился под арестом как на момент заключения соглашения об отступном, так и на момент вынесения решения третейским судом, то такое решение третейского суда как предусматривающее переход прав на имущество, распоряжение которым запрещено, нарушает принципы российского права (принцип запрета распоряжения имуществом, распоряжение которым запрещено) <17>.

———————————

<14> См.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 октября 2009 года N 8120/09.

<15> Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 августа 2013 года N ВАС-11252/13 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

<16> Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 октября 2013 года N ВАС-12008/13 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

Следует отметить, что признание права собственности на самовольную постройку третейским судом как способ обойти законодательство о государственной регистрации прав на недвижимое имущество является довольно частым явлением. См., например:

Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 7 сентября 2012 года по делу N А19-21059/2011;

Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 17 октября 2011 года по делу N А74-4367/2010;

Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 21 ноября 2013 года по делу N А65-32023/2012;

Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 1 ноября 2010 года по делу N А56-75499/2009;

Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 8 августа 2011 года по делу N А06-4967/2010;

Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 2 октября 2012 года по делу N А63-10025/2012.

<17> Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2015 года N 306-ЭС14-3987.

Обобщая изложенное, отметим, что в настоящее время в правоприменительной практике сложились относительно устойчивые и, представляется, должным образом обеспечивающие баланс интересов сторон и законность подходы к вопросам признания права собственности на недвижимое имущество третейскими судами и последующей государственной регистрации права собственности на основании их решений.

Система действующего правового регулирования предполагает, что споры о признании права собственности на недвижимое имущество могут быть предметом рассмотрения в третейских судах. Решения третейских судов о признании права собственности не должны одновременно возлагать на уполномоченный орган государственной власти обязанность по регистрации соответствующего права. При добровольном исполнении решения третейского суда требуется представление в Росреестр заявления от обеих сторон третейского разбирательства, а регистрация прав на недвижимое имущество осуществляется в общем порядке. При отказе ответчика исполнять решение третейского суда добровольно наряду с решением третейского суда и собственным заявлением истец предоставляет в Росреестр определение государственного суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда и исполнительный лист; в этом случае регистрация права собственности осуществляется на основании решения суда. Обращение в третейский суд с целью обойти установленный законом порядок регистрации прав на недвижимое имущество является злоупотреблением правом, и его следует рассматривать как нарушение принципов российского права.

Перспективы

В 2015 году приняты сразу два, ключевых для всего комплекса правоотношений, рассмотренных в рамках настоящей статьи, Федеральных закона:

1) Федеральный закон от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» <18>, призванный прийти на смену действующему Федеральному закону от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ „О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним“;

2) Федеральный закон от 29 декабря 2015 года N 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» <19> (далее — Федеральный закон об арбитраже), который должен заменить Федеральный закон от 24 июля 2002 года N 102-ФЗ „О третейских судах в Российской Федерации“.

———————————

<18> Вступает в законную силу с 1 января 2017 года.

<19> Вступает в законную силу с 1 сентября 2016 года.

Общие тенденции усиления контроля за деятельностью третейских судов со стороны государственных судов, свойственные Федеральному закону об арбитраже, нашли отражение и в его статье 43, которая непосредственно регулирует вопрос внесения изменений в юридически значимые реестры на основании решений третейских судов и является принципиально важной новеллой для рассматриваемых правоотношений.

Согласно указанной статье никакое арбитражное решение, включая арбитражное решение, не требующее принудительного приведения в исполнение, не может являться основанием для внесения записи в государственный реестр (в том числе Единый государственный реестр юридических лиц, Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей, Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним), реестр владельцев именных ценных бумаг или иной реестр на территории Российской Федерации, внесение записей в который влечет возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, при отсутствии исполнительного листа, выданного на основании судебного акта компетентного суда (в том числе в отношении арбитражного решения, не требующего принудительного приведения в исполнение).

Таким образом, Федеральный закон об арбитраже в корне на законодательном уровне меняет сложившийся подход к порядку регистрации прав на недвижимое имущество на основании решений третейских судов. Перестает быть актуальной дифференциация порядка государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество для случаев добровольного исполнения решения третейского суда сторонами спора и уклонения ответчика по третейскому разбирательству от исполнения решения третейского суда в добровольном порядке. Устанавливается императивный запрет на внесение записей в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним при отсутствии исполнительного листа, выданного на основании судебного акта компетентного суда, даже в случае, если решение третейского суда исполняется сторонами добровольно (именно этот случай подразумевается в статье 43 под арбитражным решением, не требующим принудительного приведения в исполнение).

Правовой статус решения третейского суда как акта, подлежащего исполнению сторонами в добровольном порядке в силу договорной природы третейского разбирательства как альтернативного способа разрешения споров, не предполагает, что решение третейского суда обладает самостоятельной принудительной исполнимостью. Традиционный подход к исполнимости решения третейского суда основывается на том, что подкрепление его силой публичного (государственного) принуждения возможно только на основании вступившего в законную силу определения компетентного (государственного) суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. При этом предполагается, что предъявление исполнительного листа на принудительное исполнение соответствующего решения третейского суда необходимо только в случае, когда ответчик уклоняется от добровольного исполнения решения третейского суда.

Статья 43 Федерального закона об арбитраже изменяет традиционный подход к исполнимости решения третейского суда в отношении споров о правах на недвижимое имущество, в частности о признании права собственности на него. Определение государственного суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда из способа наделения решения третейского суда силой принудительной исполнимости трансформируется в способ судебного контроля в отношении всех решений третейских судов, вынесенных по спорам о правах на недвижимое имущество и влекущих внесение записей в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним. При этом такой судебный контроль из факультативного (то есть необязательного, когда необходимость судебного контроля возникает только в случае отказа ответчика от добровольного исполнения решения третейского суда) трансформируется в обязательный (в том числе для случаев, когда обе стороны третейского разбирательства готовы исполнить решение третейского суда добровольно).

Очевидно, что такой подход к правовому регулированию рассматриваемых правоотношений обоснован высокой степенью значимости недвижимого имущества в гражданском обороте и необходимостью обеспечения его стабильности посредством как установления обязательной государственной регистрации прав на недвижимость, так и обязательного судебного контроля за решениями третейских судов по спорам о правах на недвижимое имущество.

Он закладывает сбалансированность в обеспечение возможности третейских судов разрешать споры о правах на недвижимое имущество (в том числе признавать право собственности) и исключение возможности для злоупотреблений правом при реализации и защите имущественных прав на недвижимость. Осуществление функции контроля в отношении решений третейских судов, которыми признается право собственности на недвижимость, во всех случаях именно судебной властью <20> следует рассматривать позитивно, особенно с позиции конституционного принципа разделения властей и уровня защиты прав участников таких правоотношений.

———————————

<20> Как уже отмечалось в настоящей статье, действующее правовое регулирование предусматривает, что регистрирующий орган осуществляет правовую экспертизу решения третейского суда как основания для регистрации права собственности на недвижимое имущество в случае его добровольного исполнения сторонами.

Федеральный закон от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» не содержит специальное указание на правовой статус решений третейских судов о признании права собственности на недвижимое имущество как основания для регистрации уполномоченным государственным органом перехода права собственности. Согласно пункту 5 части 2 статьи 14 этого Закона основанием для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются вступившие в законную силу судебные акты.

Системное толкование нормативных положений статьи 43 Федерального закона об арбитраже и Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» позволяет прийти к выводу о том, что, поскольку получение исполнительного листа на исполнение решения третейского суда станет обязательным для целей государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество, признанного таким решением, основанием для государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество, признанное решением третейского суда, будет являться пункт 5 части 2 статьи 14 Федерального закона „О государственной регистрации недвижимости“. При этом под вступившим в законную силу судебным актом следует понимать определение государственного суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Отдельного внимания заслуживают положения статьи 58 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости», которая устанавливает особенности осуществления государственной регистрации прав на недвижимое имущество на основании решения суда. Согласно части 3 статьи 58 этого Закона в случае, если решением суда предусмотрено прекращение права на недвижимое имущество у одного лица или установлено отсутствие права на недвижимое имущество у такого лица и при этом предусмотрено возникновение этого права у другого лица или установлено наличие права у такого другого лица, то государственная регистрация прав на основании этого решения суда может осуществляться по заявлению лица, у которого право возникает на основании решения суда либо право которого подтверждено решением суда. При этом не требуется заявление лица, чье право прекращается или признано отсутствующим по этому решению суда, если такое лицо являлось ответчиком по соответствующему делу, в результате рассмотрения которого признано аналогичное право на это имущество за другим лицом.

Нормативные положения части 3 статьи 58 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» сформулированы таким образом, что при применении этой статьи на практике возможно возникновение неопределенности в толковании их содержания. С одной стороны, очевидно, что положения части 3 статьи 58 по своему смыслу должны быть напрямую применимы к определению компетентного (государственного) суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, которым признано право собственности на недвижимое имущество. Вместе с тем, если принимать во внимание такой процессуальный аспект, что заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда не является исковым, а ответчик по третейскому разбирательству указывается в определении о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в качестве заинтересованного лица, а не ответчика, и при этом буквально подойти к толкованию указанной нормы, то можно прийти к выводу о том, что определение государственного суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда ею не охватывается. Такой подход может формально лишить лиц, чье право собственности на недвижимое имущество признано решением третейского суда, возможности регистрации этого права в установленном законом порядке, не устанавливая при этом на законодательном уровне в рамках имеющихся у законодателя дискреционных полномочий прямое изъятие споров о признании права собственности на недвижимое имущество из компетенции третейских судов.

Таким образом, реформа правового регулирования в сферах третейского разбирательства и государственной регистрации прав на недвижимое имущество, не изменяя в целом положительного решения вопроса об арбитрабельности споров о признании права собственности на недвижимое имущество, приведет к существенным переменам в правоприменительной практике, касающейся порядка государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество, признанное решением третейского суда.

Автор: О.В. Петренко

Источник: Консультант Плюс

Литература и информационные источники

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): Федеральный закон от 30 ноября 1994 года N 51-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации, 1994, N 32, ст. 3301.

2. Земельный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 25 октября 2001 года N 136-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации, 2001, N 44, ст. 4147.

3. Копия свидетельства о регистрации права собственности (реквизиты и личные данные скрыты). URL: http://a-tsm.ru/docs/paktika/ats_4893.pdf (дата обращения: 25 августа 2015 года).

4. Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации: Федеральный закон от 29 декабря 2015 года N 382-ФЗ. URL: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201512290042 (дата обращения: 12 января 2016 года).

5. О государственной регистрации недвижимости: Федеральный закон от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ // Российская газета. 2015. N 156.

6. О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним: Федеральный закон от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ // Российская газета. 1997. N 145.

7. О третейских судах в Российской Федерации: Федеральный закон от 24 июля 2002 года N 102-ФЗ // Российская газета. 2002. N 137.

8. Обзор судебной практики Арбитражного третейского суда города Москвы по рассмотрению иска о признании права собственности на земельный участок в связи с уклонением продавца от постановки на кадастровый учет и подготовки всех необходимых документов для государственной регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи земельного участка: информационное письмо Арбитражного третейского суда города Москвы от 27 ноября 2014 года N 422. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

9. Обзор судебной практики Арбитражного третейского суда города Москвы по рассмотрению иска о признании недействительным и применении последствий недействительности договора безвозмездной передачи недвижимого имущества, признании права собственности на земельные участки: информационное письмо Арбитражного третейского суда города Москвы от 30 апреля 2015 года N 465. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

10. Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов: информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2005 года N 96 // Российская бизнес-газета. 2006. N 8 и 9.

11. Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за IV квартал 2004 года: Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2005 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2005. N 7.

12. Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2007 года: Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 7 ноября 2007 года. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

13. Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 августа 2013 года N ВАС-11252/13 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

14. Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 октября 2013 года N ВАС-12008/13 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

15. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2015 года N 306-ЭС14-3987.

16. О Федеральном законе «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»: письмо Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21 августа 1997 года N С5-7/ОЗ-581 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. N 10.

17. О некоторых вопросах государственной регистрации прав на основании решений третейских судов: письмо Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 21 мая 2012 года N 14-3648-ГЕ. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

18. О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2010. N 7.

19. По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», статьи 28 Федерального закона „О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним“, пункта 1 статьи 33 и статьи 51 Федерального закона „Об ипотеке (залоге недвижимости)“ в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2011 года N 10-П // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2011. N 4.

20. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 декабря 2013 года N 09АП-39574/2013 по делу N А40-27154/13.

21. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 мая 2009 года N 17373/08.

22. Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 17 октября 2011 года по делу N А74-4367/2010.

23. Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 7 сентября 2012 года по делу N А19-21059/2011.

24. Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 21 ноября 2013 года по делу N А65-32023/2012.

25. Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 8 августа 2011 года по делу N А06-4967/2010.

26. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 1 ноября 2010 года по делу N А56-75499/2009.

27. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 2 октября 2012 года по делу N А63-10025/2012.

28. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 сентября 2011 года N 3004/11 по делу N А63-5034/2010.

29. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 октября 2009 года N 8120/09.

30. Правовые позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации: избранные постановления за 2007 год с комментариями / под ред. А.А. Иванова. М.: Статут, 2012.

31. Скворцов О. Ю. Рассмотрение третейскими судами споров о правах на недвижимость: правовая политика и юридическая практика // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2007. N 1.

32. Статистика рассмотрения споров Арбитражным третейским судом города Москвы за 2013 год. URL: http://a-tsm.ru/docs/paktika/static_a-tsm-2013.pdf (дата обращения: 25 мая 2015 года).

33. Статистика рассмотрения споров Арбитражным третейским судом города Москвы за 2014 год. URL: http://a-tsm.ru/docs/paktika/Statistika_ATSN_za_2014_g..pdf (дата обращения: 25 августа 2015 года).

 

Поиск